Рассказала сегодня своему семилетнему сыну историю любви моей бабушки и дедушки.
Решила, что пора ему узнать, что такое настоящая, глубокая любовь.
Не киношная, не из мультиков, а та, которую пронесли через всю жизнь.
Встретились они перед самой войной, бабушке было 19, дедушке 21.
Он тогда только устроился на завод, а она работала в аптеке.
Говорят, она сразу ему приглянулась с косой, скромная, но улыбка просто затуманила его разум.
А бабушка потом признавалась, что он ей сначала даже не понравился слишком шумный каккой-то, слишком уверенный.
Но он не сдавался.
Подходил к ней каждый день, приносил карандаши для записей, домашние пирожки, один раз даже подарил серёжки своей бабушки (неее, не украл, она ему сама отадала, чтобы он удивил бабушку).
И она всё-таки растаяла.
А потом началась война.
Его забрали на фронт, и они виделись всего один раз за четыре года.
Всё остальное только письма.
Она их потом хранила в шкатулке, перевязанные лентой.
Писал ей каждый раз, как удавалось, иногда карандашом на каких-то листовках, кусках агитплакатов, в общем что находил, на том и писал, не всегда под рукой оказывался чистый лист бумаги.
А она писала ему стихи.
Ждала его.
Все эти годы.
Когда он вернулся, она встретила его у вокзала, в том же пальто, в котором провожала.
Потом он снова уехал на север, строить дома, зарабатывать на семью.
Она осталась, с двумя детьми на руках, без удобств, без мужа рядом.
И снова ждала.
Не предала, не бросила, не уехала к родне.
Всю жизнь с ним, даже когда он был далеко.
Всё держала, всё тянула.
Я рассказала это сыну, с таким трепетом, с надеждой, что он поймёт, что любовь это не просто слова, это выбор каждый день.
Заканчиваю, говорю: Вот видишь, сынок, вот это и есть любовь, когда ждут, когда верят, когда вместе, даже если не рядом.
А он смотрит на меня и говорит: Ну, вообще-то, мама бабушка просто хитрая и ленивая жопа.
Пока дедушка на войне и на севере пахал, она дома сидела.
И всё.
Вся моя романтика в трубу.
Сидела, смеялась сквозь слёзы))
#Детки@caramel6
Спокойной ночи сегодня в 00:00
Спокойной ночи сегодня в 00:00
Стриптизерша поделилась в соцсетях, что зарабатывает за смену от $1700 (143 238 рублей).Это не дождь…
САЛАТ С ВЕТЧИНОЙ И ПОМИДОРАМИ Ингредиенты: Ветчина — 300 грамм; Помидоры — 2 шт; Сыр твёрдый — 150 грамм; Батон — 3 ломтика; Чеснок — 2 зубчика; Растительное масло — для обжарки; Майонез — по вкусу. Приготовление: 1. Ломтики батона нарезать брусочками.
САЛАТ С ВЕТЧИНОЙ И ПОМИДОРАМИ
Ингредиенты:
Ветчина — 300 грамм;
Помидоры — 2 шт;
Сыр твёрдый — 150 грамм;
Батон — 3 ломтика;
Чеснок — 2 зубчика;
Растительное масло — для обжарки;
Майонез — по вкусу.
Приготовление:
1.
Ломтики батона нарезать брусочками.
2.
Влить в сковороду немного растительного масла и обжарить батон до румяной корочки.
Выложить на кухонные бумажные полотенца для удаления лишнего масла.
3.
Натереть на тёрке твёрдый сыр.
4.
Помидоры нарезать соломкой.
Затем также нарезать ветчину.
5.
Соединить в миске помидоры, ветчину, сыр и сухарики, выдавить чеснок.
Заправить салат майонезом.
6.
Украсить салат петрушкой и помидорной розой.
7.
Салат с ветчиной и помидорами готов.
Приятного аппетита!
_______________________
СОХРАНИ рецепт, чтобы не потерять!
ПОДПИШИСЬ на СЕКРЕТЫ КУЛИНАРИИ
Все стабильно…
Все стабильно…
БАБКА НА КЛАДБИЩЕ Было мне тогда лет 8, а сестренке Маше 4 годика. Уж не знаю, с чего моим родителям приспичило поехать в конце октября на могилу к маминому сынишке от первого брака (у неё малыш умер в 5 месяцев) — то ли оградку покрасить, то ли еще что-
БАБКА НА КЛАДБИЩЕ
Было мне тогда лет 8, а сестренке Маше 4 годика.
Уж не знаю, с чего моим родителям приспичило поехать в конце октября на могилу к маминому сынишке от первого брака (у неё малыш умер в 5 месяцев) — то ли оградку покрасить, то ли еще что-то, не суть.
Но нас с сестрой взяли с собой.
И вот октябрь: холодно, деревья голые, небо хмурое, темнеет рано — и мы на кладбище.
Могилка братика не у дороги была, а в глубине кладбища.
До дороги метров двадцать, но поскольку деревья голые — всё хорошо видно на километр вперёд.
Мама, видя, что мы с Машей только мешаемся, говорит мне: «Лида, возьми Машу, и погуляйте, вон, по дорожке.
Только далеко не уходите, будьте на глазах.»
Я Машу за ручку взяла, повела её гулять.
Ходим по дорожке: десять метров в одну сторону, десять в обратную.
Я надписи читаю, а Машка капризничает.
И тут она углядела на какой-то могиле игрушку и давай ныть: «Хочу вон ту игрушечку!».
А мама нам с детства говорила ничего на кладбище даже в руки не брать!
Особенно, игрушки.
Естественно, я ей не разрешила.
Маша обиделась, ногами затопала, и говорит: «Я обиделась и ухожу!
И руку свою у меня вырвала».
Я отвечаю: «Да иди!»
Я же знала, что мама за нами присматривает, далеко Маша не уйдёт.
Поворачиваюсь в сторону мамы, вижу — она красит оградку, и в нашу сторону не смотрит.
Ну, думаю, тогда надо Машу опять за руку брать, пока она и впрямь никуда не ушла.
Поворачиваюсь — Маши нет!
Ну вот как сквозь землю провалилась.
Я к маме.
Мама в панике: ребенок пропал!
Стали искать: ходили, кричали, звали.
Ничего.
Тишина гробовая.
Нет ребенка.
А уже темнеть стало.
Мама в истерике бьётся.
Папа сам не свой носится среди могил, Машу ищет.
У мамы уж ноги подкосились, на землю рухнула, рыдает в голос.
Стемнело уже полностью, а ребенка нет.
Папа предложил к выходу пойти: может, кто-нибудь Машу нашёл и вывел?
Прибегаем.
Никого нет.
Мама уже в голос просто воет.
И вдруг мы видим: из темноты красная шапочка появляется, метрах в тридцати.
Маша идёт!
Притом, идёт с задранной вверх ручкой: словно кого-то за руку держит.
Идёт, разговаривает с кем-то.
Потом спрашивает у кого-то: «Где?».
Поворачивается в нашу сторону и кричит: «Мама!!!»
Мама, конечно, бегом к Машке, рыдает, целует её.
Еле маму успокоили.
Стали Машу расспрашивать: где её носило?!
и она рассказывает:
Я на Лиду обиделась, и пошла по дорожке.
И ждала, что Лида меня сейчас догонит: она же видела, что я обиделась.
Я оборачиваюсь — а я одна стою.
И никого нет: ни Лиды, ни мамы не вижу.
А я по дорожке шла, не сворачивала никуда.
Пошла обратно.
Думаю: там вас и подожду.
Я думала, что если всё время идти по дорожке и не сворачивать — всегда выйдешь к выходу.
Я долго шла, темнеть стало, мне страшно.
Кругом могилы, а выхода всё нет.
И тут вижу бабушку: она как в мультиках была — длинное чёрное то ли пальто, то ли платье, и высокая седая причёска с пучком.
И она меня спрашивает: «Ты что тут делаешь?».
Я говорю: «Я потерялась, и ищу где выход».
А бабушка говорит: «Пойдём со мной, я отведу тебя в то место, где дети встречаются со своими мамами».
А мама меня всегда учила: никуда с чужими не ходить!
И я отвечаю: «Нет, я с вами не пойду, вы мне выход лучше покажите».
Бабушка так вздохнула и говорит: «Hу, пойдём».
И вывела меня к воротам.
Она вас первая увидела, говорит: «Вон твоя мама».
Я спрашиваю: «Где?».
А она мне пальцем на вас показывает.
Я к вам и побежала сразу.
И Маша очень долго, лет пять, если не больше, не верила нам, что не видели мы никакой бабушки.
Она одна шла.
Но мы-то точно видели, как Маша шла совершенно одна, но держась за невидимую руку…
И что это за бабушка была, и в какое такое место «где все дети встречаются со своими мамами» она хотела Машу отвести — до сих пор не знаем.
И вот странность: Маша с тех пор стала кладбища чувствовать за километр.
Едем с ней на машине по незнакомой местности, а Маша всегда чувствует: там впереди кладбище будет, я чувствую.
Притом, ладно еще в Москве, по городу, так и за городом, и в чужих городах, и вообще в других странах с ней так же: чувствует близость кладбища.
Перехотела я в вашу Турцию
Перехотела я в вашу Турцию
Если у инженера достаточно бамбука и свободного времени
Если у инженера достаточно бамбука и свободного времени